Если посреди крупнейшего венского вокзала вы столкнетесь с красивой женщиной, которая спросит вас, не имеете ли вы отношения – случайно – к музыке… вы ответите "да" или "нет"? Допустим, вы не станете отрицать, что музыка – ваша страсть и работа, и скажете "да", тогда: "почему?" И: "Вы подумали о последствиях?" Предположим, вы слегка торопитесь, потому что вам надо успеть на самолет в Майами, где вы проведете весь следующий год, а она, не испытывая никакого сочувствия к вашему положению, настаивает, чтобы вы записали ее на студии. Тогда вы даете ей номер телефона вашего друга, который, как вы надеетесь, может сделать это, и улетаете.
Через год я вернулся, зашел посмотреть, как идут дела в мое отсутствие, и не мог не заметить, что дела идут вполне прилично. Мой друг сделал запись. И подружился с человеком, который тогда не знал, что ему суждено жениться на женщине, с которой я разговаривал на венском Вестбанхофе. И еще меньше он предполагал, что ему придется стать художественным директором звукозаписывающей компании, которая – вполне логично – понятия не имела, что ей суждено быть основанной именно этими двумя – моим другом и мной.
На самом деле никто и не мог знать. Потому что последнее, над чем работали этот человек – мистер Шлафер – и я, была запись рок-альбома. Который, к сожалению, так и не увидел света, потому что группа распалась еще до того, как была завершена запись. А этот зловещий человек – бог знает почему – было именно тем, кто перед сдачей экзамена в университет ввалился в студию, где я работал, чтобы слегка разогреться на своем саксофоне. Я тогда даже не заметил его. Не говоря уж о том, что, само собой, и понятия не имел, какие великие дела предстоят. Если, по крайней мере в большинстве случаев, я знаю, где нахожусь, и почти всегда знаю, к чему все должно прийти, то каким образом я оказываюсь там – всегда загадка. По крайней мере, для меня. Но если ощущения правильные, то и результат не может быть неправильным. И с этого – до сих пор – начинается QUINTON.
Все дело в том, что надо пробовать. Позволять событиям происходить. Все дело в картинах, которые ты видишь в их полной красе, как только отходишь достаточно далеко, чтобы не позволить своей тени падать на них. Все дело в музыке.
Андреас Ратаммер (Andreas Rathammer)