ЭТА ОКУТАННАЯ ДЫМОМ ЗАПИСЬ ОРГАННОГО ТРИО оказалась и первой для гитариста Лэрри Кориэлла и возвращением его к корням. Хотя массивная дискография (превышающая 100 альбомов как лидером, так и участником) у него ранее не включает никаких прогулок в органном трио, некоторые из его очень ранних рабочих ситуаций инспирировались такими же трио: Уэса Монтгомери с органистом Мелвином Райном и барабанщиком Полом Паркером и трио Гранта Грина с органистом Лэрри Янгом и барабанщиком Отисом "Кэнди (Леденец)" Финчем. Как пишет Кориэлл в недавней своей биографии, "Импровизация: Моя Жизнь В Музыке (Improvising: My Life In Music)" (Backbeat Books): "Мой первый концерт, как лидера, был в Эмберс в Западном Сиэтле (1964). У меня было органное трио, и жил я в достаточно спартанской квартире, как раз на холме над клубом. Конечно, 'спартанская' в Сиэтле была и все еще остается 'роскошью' по сравнению с Нью-Йорком."

С молодым новатором, Хаммонд B-3 органистом Сэмом Яэлем, и разносторонним, надежно свингующим барабанщик Полом Вертико, постоянно выступающим с Кориэллом на ударных последние пять лет, гитара великолепно вдыхает новую жизнь в шести знакомых джазовых пьесах, одновременно, показательно демонстрируя неподражаемые переборы пальцами на трех оригинальных композициях.

Житель Чикаго, Вертико, как барабанщик добился выдающееся положение в 1980-х с группой Пэта Мэтини. Его долгое пребывания с Мэтини, с 1983 по 2001, включало семь премий Грэмми, несколько золотых записей и многочисленные международные турне. Разносторонний, очень творческий барабанщик, Вертико выступал и записывался с такими музыкантами, как джазовый певец Курт Эллинг, бывший скрипач Mahavishnu Orchestra Джерри Гудман, создателем "Word Jazz" Кеном Нордином, с Union Trio и своими собственными раскованными импровизационными группами Earwax Control и Spontaneous Composition.

Один из наиболее особенных голосов среди нового поколения исполнителей на органе Хаммонда B-3 на джазовой сцене, израильтянин Яэль зарабатал высокую оценку на ежегодных Международных премиях критиков Даунбит: как Талант Заслуживающий Признания в течение последовательных прошлых четырех лет. Начиная с переезда в Нью-Йорк в 1990, Яэль работал с рядом известных джазовых художников, включая тенор-саксофонистов Джошуа Редмана и Эрика Александера, давнего участника Джеймса Брауна, альт-саксофониста замечательного Мэйсио Паркера, гитаристов Питера Бернштейна и Билла Фризеля, трубачей Райана Кайсора и Джима Ротонди, так же играл на завоевавшем Грэмми Come Away With Me Норы Джонс и других записях с вокалистками Лизз Райт и Мадлен Пируа. "Я всегда считал себя значительно более органичным исполнителем на органе, чем на фортепьяно", говорит он. "Я – хорошо играю на фортепьяно, но должен упорно работать над ним. А орган, он как раз точно соответствует мне, сразу же, и я даже чувствую своего рода тягу к тому инструменту".

Выросший на Тихоокеанском Северо-западе, Кориэлл ощутил призвание к гитаре, услышав записи таких легендарных шестиструнников, как Чет Эткинс, Дуэйн Эдди, Билли Батлер и Чаком Бери, наряду с такими уважаемыми джазовыми гитаристами, как Лес Пол, Кенни Баррелл, Тел Фарлоу и Джонни Смит. Но возможно, единственное, самое большое влияние в годы формирования в Сиэтле, на него оказал восхитительный гитарист из Индианаполиса Уэс Монтгомери, который внезапно появиться на сцене в 1959 с дебютом на Риверсайде, Wes Montgomery Trio, A Dynamic New Sound: Guitar/OrganDrums. Эта сессия органного трио Кориэлла, на самом деле, совместно вдохновлена и Уэсом, и легендой Хаммондом B-3 органа Джимми Смитом. Как Лэрри объясняет, "Ранее в этом году какой-то фанат в Луисвилле дал мне пиратский компакт-диск Уэсовой Half Note ноября 1965. Ритм секцией был Уинтон Келли трио, с Джимми Коббом на барабанах, Лэрри Ридли и иногда Роном Картером на басе. Исполнение – одно из лучших у Уэса, хотя звук и был плох. Я просто обалдел от того, как он играл с трио 'Впечатления' Трэйна, и я сыграл эту версию для Сэма и Пола, когда мы делали запись так, чтобы они могли почувствовать, как я хотел ее сделать. Я отметил, что Уэс имел больше агрессивности (в хороший понимании) и настойчивости в своей игре. Творчески, он был в пике. Вместо того, чтобы копировать или подражать, я попробовал только вдохновится его исполнением и играть композицию по-своему."

Они открываются изящным звуком слегка свингующего исполнения соблазнительной композиции в ритме вальса "Очень рано (Very Early)", Билла Эванса. Искусное использование Кориэллом Уэс-стилизованных октав на собственном озорном блюзе "Безбилетник (Stowaway)" отдает дань культовому гитаристу. Название относится к памятной ночи прошлых сиэтлских дней, когда Лэрри реально встретил своего гитарного героя. Он написал в своей автобиографии: "У меня появилась возможность встретиться с Уэсом Монтгомери, который был приглашен на частный круиз по озеру Вашингтон. Я спрятался в трюме со своей гитарой и ждал, пока мы не выбрались на середину озера Вашингтон, прежде чем появится на палубе. Я нашел Уэса, и был все время около него, я говорил ему, насколько он восхитительный, и затем играл его соло из 'West Coast Blues', очень плохо играл, но с почтением. Казалось, он оценивает. Он даже взял мою гитару, перебирал струны и продолжил играть в такой же манере (он обычно играл большим пальцем, без плектра), только из удовольствия. Пока мы говорили, Уэс выделил детали импровизации: он сказал, что обдумывает каждую ноту 'долю от доли секунды' прежде, чем сыграть ее. Я никогда не забывал это. Память о том дне на судне все еще заставляет меня сказать, 'Ничего себе!'"

"Сабодар (Szabodar)", с его замысловатым, искусно разрушенным началом, на сдвоенных органе и гитаре, является двойной данью Кориэлла двум замечательным венгерским джазовым музыкантам, авантюрному гитаристу Габору Сабо и басисту Аладару Пеге. "Я писал, когда мы были в турне прошлым июлем в Венгрии", объясняет Лэрри. Покойный Сабо, участвующий до Кориэлла в Chico Hamilton Band  в начале 60-х, был новатором джазовой гитары, чье гудение открытой струной и внутренняя/внешняя эстетика оказали глубокое влияние на Кориэлле в годы становления. "Когда я еду в Будапешт, я всегда посещаю его могилу, молюсь за его упокой, и оставляю один из моих медиаторов на его надгробье, как жест уважения", написано в его автобиографии.

Великолепия трио достигает на трогательной балладе, "Ты, Соблазнительная (Embraceable You)" безупречно исполненную на одном дыхании. Неторопливый темп, подчеркнутый чувственной работой Вертико метелками и бархатным смягченным звуком B-3 Яэля, позволяет Кориэллу не торопиться и выжимать сок из каждой ноты. Проникновенное соло органа Яэля - красивый пример мелодичной импровизации и расслабленной музыкальной фразы, в то время, как линии баса левой руки отделены и совершенно меланхоличны. Кориэлл продолжает незаконченное соло Яэля одним из самых лиричных и сердечных соло представленных на диске, полным хорошо поставленных нот, октавных переборов и разрисованных отдельных нот.

Они подходят к стандартному "Будет Дождь Или Будет Ясно (Come Rain Or Come Shine)" с другим начальным предложением, с бойким пониманием и взволнованным чувством, в среднем темпе. Басовые линии Яэля здесь бодры и синкопированы, а в это время Кориэлл обтекает изменения ритмичной уверенностью и мелодичными выдумками. Его, вдохновленная Уэсом, работа октавами, здесь особенно глянцевая и свинговая. Как говорит пионер фьюжн 60-х, "Она рождена непосредственно из версии Full House Уэса. Я был с Уэсом прямо перед выходом Full House. Он сказал, что тогда, это была его любимая запись. А еще он сказал, что думает, намного лучше играл, когда жил в Индианаполисе. Но я не понимаю, как он мог играть немного лучше, чем он играл Smokin' наHalf Note."

Яркое, в быстром темпе исполнение трио вышеупомянутой формальной классики, "Впечатления (Impressions)" Колтрэйна, прямо с полуоборота, подчеркнуто бескомпромиссным подходом Кориэлла. Яэль привносит гармонично смелое соло органа, а Вертико поддерживает пламя, горящее от начала до конца. Неистовая пьеса достигает кульминация в нескольких бодрящих обменах гитары с барабанами. Разгоряченная "Кариба (Cariba)" Уэса (из Full House) – энергичный, приправленный латино номер, в котором трио немного развлекается. "Полная Луна (Full Moon)", навевающая воспоминания об оригинале Вертико, тонко подчеркнута его оживленной работой метелками, и усилениями - затуханиями в церковном стиле органа Яэля. А заканчивается сборник на глубокой блюзовой ноте смягченного прочтения проникновенной "Главной вещи (Centerpiece)", Гарри "Свит (Конфеты)" Эдисона, классического ударного номера оркестра Каунта Бэйси в 1950-х. В ней - пойманные сдержанные атаки Кориэлла и вдохновленные Уэсом октавы, наряду с освященной работой Яэля на B-3.

Спустя больше, 40 лет после переезда в Нью-Йорк из Сиэтла, Кориэлл проходит полный круг назад к своим корням с этим вдохновленным пикником органного трио. И в звездной компании Яэля и Вертико, он поднялся к некоторым волнующим высотам на этих девяти треках.

- Билл Милковский